Перейти на главную страницуПерейти на главную страницу
Перейти на главную страницуПерейти на главную страницу
Вывести новые произведения, начиная с последнего Добавьте свое произведение
ИНТЕРАКТИВНАЯ КНИГА

ПРОИЗВЕДЕНИЯ

Темы

 Абсурд
 Неопределенная
 Детская
 Городская
 Героическая
 Историческая
 Новаторская
 О поэзии
 Философская
 Фэнтезийная
 Научная
 Ностальгическая
 Грустная
 Фантастическая
 Религиозная
 Любовная лирика
 Аутическая
 Мистическая
 Рекламная
 Юмористическая
 Техническая
 Патриотическая
 Пародийная
 Готическая
 Публицистическая
 Пейзажная лирика
 Драматическая
 Застольная
 Трагическая
 Оназм
 Критика
 Природная
 Приключения
 Детективная
 Еёзм
 Ироническая
 Похмельная
 Здоровый образ жизни
 Эротическая

Жанры

 Пиеса
 Роман
 Басня
 Повесть
 Рассказ
 Пародии
 Повесть
 Стихотворение
 Сага
 Статья
 Твердые формы
 Приколы. От 2-х до 85-ти.
 Поэма
 Баллада
 Стихи в прозе
 Сказка
 Иноязычные произведения
 Стихотворный цикл
 Песня
 Новелла
 Чужие мысли.
 Неопределенный
 Эссе

Рейтинг произведений

 По кол-ву прочтений

Произведения по...

 дате добавления

АВТОРЫ

Рейтинг авторов

 По кол-ву произведений

Авторы по...

 алфавиту

ФОРУМ

Форум


ИНФОРМАЦИЯ

О сервере

 Хромой Пегас
 Создатели
 Меценатам

Друзья

 Ссылки на друзей
Новости проекта
"Хромой Пегас"



Любите ли вы фэнтези? Полюбите!


Заметки о фантастике



Жирафики

Автор: Ольга Жу...  

Два жирафика вышли на прогулку. Их звали Жардин и Рафи.
Был полдень. Яркое солнце поджаривало жирафикам спинки.
Жардин забыла про свою аллергию на солнце и из бледно-оранжевой стала белой. Рафи тоже забыл, что загорать можно до десяти часов утра, и из бледно-оранжевого стал красным.
– Я забыла, почему мы пошли гулять не утром, как учила бабушка, а в обед? – спросила Жардин.
Вопрос повис в знойном воздухе. Они скакали, не произнося ни звука, в полной тишине, только рожки шевелились на голове Рафи.
– Ты не помнишь, Рафи, я у тебя ничего не спрашивала? – опять спросила Жардин.
– Не мешай! Я вспоминаю ответ на твой первый вопрос, – сердито пробурчал Рафи.
– А-а-а-а-а-а, – протянула Жардин и замолчала.
Они опять скакали, стуча копытами о песок, коптя свои спинки под неумолимым солнцем, и дружно переваривая свои и чужие мысли. Вокруг не было никого видно и слышно, только большая птица иногда шлёпала крыльями, пролетая где-то высоко в розовом небе, да солнце палило раскалённым светом, истомившись от жара собственной высокой температуры.
– Вспомнил! Я вспомнил! – радостно закричал Рафи.
– Что? – очнулась от скакания и допекающей жары Жардин.
– Как что?! – возмутился непониманием Рафи. – Твой первый вопрос!
– А-а-а-а-а, – протянула буквы Жардин. – А мой первый вопрос какого дня?
– Какого какого дня? – переспросил недовольно Рафи.
Он опять затих. Только рожки продолжали шевелиться.
Они опять скакали. И опять светило-палило солнце.
Появился ветерок, он прохладно надувал на солнце и песок вечер. Жардин оживилась от чуть вздохнувшей прохлады:
– Рафи! Нам нужно с кем-нибудь посоветоваться. Может нам найти психоаналитика? Мы всё время что-нибудь не помним, путаем завтра и вчера, и цвет одежды у нас неправильный. Не бывает белых и красных жирафов!
– Подожди-подожди! Не так быстро, Жардин! Ты утверждаешь, что не бывает разноцветных жирафов? – уточнил понимание вопроса Рафи.
– Ну, да. Это я и хочу сказать, – подтвердила уточнение Жардин.
– Слушай-слушай. Я тебя сейчас очень удивлю. Может, чего-то и нет, но мы есть! Или ты настаиваешь на том, что раз таких, как мы, не бывает, так нас и нет? – рассуждал Рафи. – Но мы есть! Посмотри на меня. Ты меня видишь?
– Вижу! Значит, ты есть, – согласилась Жардин.
– И я тебя вижу. Значит, ты тоже есть, – сказал Рафи.
– Да-а-а-а-а, – вздохнула Жардин. Она осмысливала полученную информацию, и её голова начинала тихонечко звенеть.
– Ой! Я слышу звенение. Где-то рядом пищат комары, значит, недалеко есть вода. – Обрадовался Рафи. Он не хотел быть нытиком, но очень-очень хотелось пить.
– Это не комары. Это мои мысли. Они шевелятся и звенят, – сообщила Жардин. – Нет! Ну, это невозможно! Невозможно понять: так не бывает, но ты есть, значит, так бывает. Одним словом, «так не бывает» равняется «так бывает». Может быть, «меня нет» равняется «я есть»?
– Правильно-правильно. Когда тебя нет, ты всё равно есть, – подхватил рассуждения Рафи. – Просто ты есть не здесь, а в другом месте.
– А откуда ты знаешь? – удивлённо спросила Жардин.
– Что я знаю? – спросил Рафи.
Он начинал нервничать. Опять Жардин задавала вопросы, и Рафи путался – на какие вопросы отвечать, которые вчера, сейчас или потом.
– Ну, откуда ты знаешь, что я есть в другом месте? – продолжала вопросы Жардин. – Ты же меня не видишь, а, если я далеко, то и не слышишь.
Рафи пошевелил одним рожком, потом другим.
– Ты хочешь сказать, что если ты меня не слышишь и не видишь, то меня и нет? – начинал терять терпение Рафи. – То есть, если я сейчас найду дерево, спрячусь за ним, и буду молчать, то меня нет?
– Ну, да, – не очень уверенно согласилась Жардин. – А где в песках ты видишь дерево?
– Я есть, даже если меня нет! – начал громко кричать Рафи. – Что здесь сложного и непонятного? Как я устал с тобой разговаривать. Ты как всегда меня не понимаешь! И причём здесь дерево?!
– Я тебя хорошо понимаю. И внимательно слушаю. – Тихо и спокойно ответила Жардин. – Но здесь нет ни одного дерева. Хотя, если верить тому, что ты говоришь, где-то там есть дерево, которое не здесь.
Они поскакали дальше.
Каждому было нужно побыть в своём одиночестве, а потому они молчали, иногда вспоминая слова друг друга.
Вечер всё активнее холодил уходящий день. И день наконец-таки сдался – он прихватил с собой жару, дремлющее солнце и спрятался со своими трофеями за горизонт.
Появилась луна, засияли звёзды, воздух наполнился желанием закрыть глаза и отдохнуть.
– Рафи! Я устала и хочу спать. Давай остановимся, – предложила Жардин.
– Давай, милая, я тоже устал, – согласился Рафи.
Они легли на песок, Жардин положила свою головку на грудь Рафи, и они сладко заснули, и им снился сон – один на двоих. И там была ночь, и были звёзды, и звёзды подмигивали, мерцали и пылили фонтанами лунных капель. И Рафи прыгал высоко-высоко, своими рожками задевая звёзды, и звёзды дарили многоцветные пылинки и свой магический свет, а он дарил всё это Жардин. И все вместе они смеялись и пробовали на вкус звёздный мёд и лунный чай.

* * *

Солнце появилось на горизонте и поздоровалось с луной, звёзды упали в облака поваляться и отдохнуть.
День начинался утром.
Утро разбудило жирафиков. Они проснулись, потянулись всеми ножками и двумя рожками, попили лунной росы и жизнерадостно поскакали по слегка влажному песку. Вопросы и ответы ещё спали, а потому Жардин молчала. Молчал и Рафи.
Рафи показалось, что они попали в тень, и он никак не мог понять – чья это большая тень? и что им с Жардин делать? – бежать вперёд или назад, вправо или влево? Если – вправо, то относительно вперёд или назад? Он так долго пытался понять, как будет правильнее и лучше, что произошло всё неправильное и не лучшее.
Тень становилась всё больше, она росла быстрее, чем понимание жирафиков.
У Жардин началась путаница:
– Рафи! Мне кажется, что мы недавно проснулись, и начался новый день, и сейчас должно быть утро. Но почему так темно? Значит, сейчас вечер? И нам нужно искать место, чтобы переночевать?
– Нет, милая! Сейчас утро. Просто в нём что-то изменилось. – Рафи был бодр и оптимистичен и его настроение ещё не устало. – Может быть, утро стало вечером, а вечер утром?
– А как ты догадался? – спросила Жардин. Она видела, что утро покрылось глубокими тенями, но когда она повернула голову вправо – там светило утреннее солнце.
Жардин стала крутить головой: вправо – утро, влево – утро, назад – утро, и только впереди не было утра. Она так активно рассматривала «вправо-влево», что голова закружилась и упала вместе с Жардин на песок.

* * *

Верность сидела в новом халатике у окна и, покачивая ножкой, рассматривала цветочки на лужайке.
«Да, – думала она, – лужайке явно не хватает оптимизма. Там маловато оранжевого и многовато пустоты. Как всё быстро меняется! Ещё вчера лужайка искрилась весельем, а сегодня погрузилась в меланхолию».
– Да, дорогая подружка! Я всегда говорила, что верность – это чувство, а не черта характера. – Рядом с Верностью появилась очаровательная Соблазн. – Ну, что на этот раз вызвало твою с полянкой меланхолию?
Верность, Соблазн и Любовь были друзьями по несчастьям и подружками по желаниям. Для общения друг с другом они придумали себе имена – всегда хочется чего-нибудь человеческого – Верность звали Люси, Соблазн – Милочкой, Любовь – Любовью.
– Мила! Ну, почему? Почему, как только возникают непонятности в отношении двоих – посылают тебя? – спрашивала Люси. – Я лучше тебя могла бы справиться – помочь устоять в сложностях, найти взаимопонимание…
– Да-да, – перебила и продолжила список хороших дел Милочка. – Сохранить любовь, и оставить двоим вечный союз, и наградить верностью, как медалью за терпение.
Она пощипывала цветочки на полянке, по случаю выбирая розовые и жёлтые. Полянка становилась не просто меланхоличной, она превращалась в печальную грусть.
– Кстати, ты в курсе – наша Любовь опять в реабилитации? – спросила Милочка.
– Как, опять? – огорчилась Люси. – Любовь стала часто попадать в больницу. Её доброе сердце, уже расколотое на кусочки, скоро разлетится вдребезги.
– Вот и ответ на наши вечн

Отзывов нет   Добавить отзыв

Автор: Ольга Жу...  

Добавлено: 19.11.2007 10:47:00
Создано: 9.2007
Относится к теме: Ироническая   Философская  
Относится к жанру: Рассказ  




®

При воспроизведении материалов этого сайта ссылка на http://www.lame.ru/ обязательна.
Изготовление сайта ООО "Вилмарк Групп"

  Фэнтези и фантастика. Рецензии и форум
все авторы